Акции или облигации: За чем следить инвестору
Главная Финансы, Американский рынок

В чем разница между двумя активами и что можно предсказать, наблюдая за их поведением.

Фондовый рынок всегда полон эмоций. Только посмотрите, как быстро обвал после президентских выборов сменился новыми рекордными максимумами Dow (INDEX: DJI) и непрерывным ростом S&P 500. При этом до выборов фондовый рынок рос, полагая, что на выборах в США победит Хиллари Клинтон.

Реакция рынка облигаций также не заставила себя ждать: цены упали, а доходность эталонных казначейских бондов подскочила до максимального уровня в ожидании большой инфляции и заемной политики новой администрации. Разрыв между доходностью высокорискованных корпоративных и низкорискованных правительственных облигаций сократился — инвесторы предпочитают более доходные бумаги. Однако это началось еще до оглашения итогов выборов.

Какой рынок — акций или облигаций — предпочтительнее, когда речь заходит о прогнозировании будущего финансовых рынков и экономики? Скажется ли инфляция на скорости роста, и кто быстрее на нее отреагирует? Директор экономического анализа Morningstar Боб Джонсон говорит:

«Акции и облигации всегда считались отличными индикаторами будущей экономической активности. Сегодня (возможно, и в прошлом тоже) распространено мнение, что рынок облигаций — более стабильная и надежная метрика, нежели рынок акций. Другими словами, акции опережают экономику, а облигации опережают акции».

В чем основное различие между двумя типами активов? Измерение риска и вознаграждения на рынке долговых инструментов требует более точного подхода, чем на рынке акций. Интересы инвесторов в облигации, включающие в себя получение постоянного дохода и хеджирование, должны учитывать риск смены политического курса и другие рыночные прихоти. Кроме того, на рынке облигаций нет огромных компаний, способных повлиять на динамику целого индекса.

O impacto de Donald Trump nos mercados

Правда, фондовый рынок гораздо более демократичен — здесь сходятся интересы частных и институциональных инвесторов, участников с разными финансовыми возможностями. Именно поэтому он лучше отражает отношение населения к экономике и деятельности правительства, хотя формально фондовый рынок должен реагировать только на изменение прибыльности компаний.

Кроме того, когда Федеральный резерв США говорит об «эффекте богатства», связанным с подорожанием активов, подразумеваются именно рост стоимости акций и его влияние на расходы потребителей. Джонсон говорит:

«Очевидно, что рынки акций и облигаций — отличные опережающие индикаторы экономики. Влияние процентных ставок очевидно. Например, низкие ставки по кредитам стимулируют расходы компаний, продажи автомобилей и недвижимости. Высокие ставки ограничивают деловую активность».

«На фондовый рынок влияние оказывает преимущественно ''народная мудрость'' — инвесторы голосуют своими деньгами, ориентируясь на доступную информацию о потенциале роста компаний, неразрывно связанном с перспективами экономики. Существует некоторый эффект богатства из-за подорожания акций. Именно его ФРС пыталась использовать в своих интересах. Однако лишь небольшая часть доходов от фондового рынка идет на потребление — в основном они снова возвращается в акции. И даже превращение этой незначительной части доходов в потребительские расходы занимает срок от трех до пяти лет».

Разная динамика

В то время как после выборов Dow Jones Industrial Average порадовал инвесторов чередой новых исторических максимумов, индекс широкого рынка S&P 500 S&P 500 (INDEX: US500) прибавил около 1,8% от закрытия в день голосования. Однако, если из S&P 500 исключить результаты финансового сектора (подскочившего на 9%), рост составит всего 0,6%, отмечает аналитик Standard & Poor's Говард Сильверблатт.

Нынешний уровень S&P 500 в 2180 пунктов близок к августовским максимумам, но это также означает, что самый популярный показатель фондового рынка США «вернулся в область, где находился с середины июля и до начала октября», — пишет Скотт Врен, старший стратег по мировым фондовым рынкам Wells Fargo Investment Institute.

До и после американских выборов на рынках долговых бумаг произошел значительный сдвиг настроений, не имеющий никакого отношения к краткосрочной турбулентности акций. Паническое бегство инвесторов вызвало повышение ставок долгосрочных гособлигаций до максимального уровня с января. За неделю после выборов рост доходности 30-летних бондов оказался рекордным с января 2009-го. Процентные ставки по 10-летним немецким правительственным бумагам подскочили до самого высокого уровня за восемь месяцев, доходность 10-летних британских бондов увеличилась до максимального уровня перед голосованием по выходу страны из состава ЕС 23 июня.

Мировые рынки облигаций потеряли более 1 трлн долларов. Средняя доходность популярного индекса высокодоходных бумаг Bank of America Merrill Lynch High Yield Master II подскочила с 5,96% в апреле до 8% в ноябре. Для мира облигаций это огромное по размаху движение.

Кроме того, за первую неделю ноября инвесторы вложили более 1 млрд долларов в казначейские бумаги с защитой от инфляции (Treasury Inflation-Protected Securities, TIPS). По данным службы Lipper Thomson Reuters, такой приток средств стал самым крупным с октября 2002 года.

Слон в посудной лавке

Джон Бредемус, вице-президент компании Allianz Investment Management, говорит:

«Главным ''слоном в посудной лавке'' остается центральный банк и воздействие его программы покупки активов на снижение процентных ставок. Она мешала рынку облигаций оперативно реагировать на изменение инфляции. До недавнего времени искажение наблюдалось по всему миру, теперь оно начинает исчезать».

Усилия Японии и Европы по восстановлению экономики при помощи ультранизких, даже отрицательных процентных ставок, сказались на доходности облигаций. Теперь рынки возвращаются в нормальное состояние, но в США этот процесс идет несколько быстрее.

Что касается корпоративных кредитных рынков, они могут оказаться полезным индикатором для инвесторов, пытающихся выяснить, каковы перспективы фондового рынка. Готовность компаний заимствовать даже в условиях растущих ставок указывает на сильный и процветающий бизнес. Бредемус говорит:

«Кредитные спреды отражают потенциал роста экономики. Из-за неопределенности с компаниями энергетического сектора спреды начали расширяться. С ростом цен на нефть многие добывающие компании вернулись к прибыльности, а спреды начали возвращаться к нормальному уровню».

По его словам, спреды между доходностью рискованных и безопасных облигаций могут сократиться еще сильнее, поскольку сейчас они на 0,4−0,5% шире, чем два года назад:

«Американская экономика растет в довольно специфических условиях, и кредитные рынки отражают это. С другой стороны, в последние два года фондовый рынок почти никуда не двигался. Опередил ли он сам себя? Да, как и кредитные рынки пару лет назад».

Читайте также:
Пожалуйста, опишите ошибку
Закрыть