«Это важнее нефти»: Почему России нелегко дается переход на цифровую экономику
MorozkiArt
Главная Аналитика, Россия, Банковский сектор, Финтех

Рассказываем, почему Россия, несмотря на весь технологический потенциал, никак не может вырваться в лидеры мировой цифровой экономики.

На протяжении всей современной истории Владимир Путин говорил о необходимости превратить Россию в ведущую технологическую державу. Пару лет назад посетителям инвестиционной конференции под эгидой банка ВТБ Капитал он задал вопрос: почему в стране не появляются компании вроде китайской Huawei (известного производителя смартфонов)?

Можно в шутку сказать, что Россия (в отличие от Китая) недостаточно усердно ворует технологии у США и не принуждает американские компании делиться подробностями при осуществлении совместных проектов. Однако факт остается фактом: в стране, первой запустившей человека в космос и успешно экспортирующей таланты, попросту отсутствуют всемирно известные технологические компании. За исключением Лаборатории Касперского, Россия не может похвалиться цифровыми брендами, узнаваемыми во всем мире, и это в условиях, когда мировая экономика стремительно переходит в цифровой формат.

К счастью, еще не все потеряно. В своем октябрьском отчете, озаглавленном «Российские интернет-компании могут составить достойную конкуренцию гигантам из США», аналитики московского отделения Goldman Sachs во главе с Вячеславом Дегтяревым пишут:

«Мы считаем, что российские интернет-стартапы способны уверенно бороться с международными конкурентами, такими как Google и Facebook».

Свою позицию они подкрепляют фактом, что местный рынок в значительной степени игнорируется компаниями из США. Именно поэтому ВКонтакте — российский аналог Facebook — вырос до такой степени. В настоящее время социальная сеть принадлежит зарегистрированной в Великобритании компании Mail.ru Group, учрежденной выходцами из России. ВКонтакте была создана Павлом Дуровым, еще одним эмигрантом из РФ и основателем популярного мессенджера Telegram. Инвестором Telegram выступает известный венчурный капиталист Тим Дрейпер.

Ivan Krawchuk / Shutterstock.com

Еще один ключевой игрок в российском интернет-пространстве — Яндекс. Коопорация значительно опережает Google и другие американские технологические компании (по оценкам Goldman, до недавнего времени популярность Яндекс-такси в два раза превосходила популярность Uber). Дегтярев пишет:

«Высокая популярность позволит им сохранить и даже укрепить свои позиции».

В мире всего три страны, где Google уступает лидирующую позицию местным сервисам: Южная Корея, Китай и Россия.

Во время выступления 25 мая на Петербургском международном экономическом форуме Путин сказал:

«Чтобы быть конкурентоспособными в современном динамичном мире, мы должны быть восприимчивыми для новых идей, для технологий, которые меняют жизнь людей, определяют будущее страны и мира».

Он рассказал о новых инициативах правительства в области цифровой политики, направленных на создание комплексных цифровых решений в сфере государственного управления. По некоторым данным, на развитие цифровой экономики в РФ было выделено 52 млн долларов, в том числе на создание IT-инфраструктуры, а также на перспективные исследования и разработки в области блокчейнов и кибербезопасности.

Сергей Коньков/ТАСС

Сбербанк — крупнейший банк России — внимательно следит за достижениями в области криптовалют и искусственного интеллекта. У банка даже есть собственный человекоподобный робот-помощник. Конечно, прежде всего это рекламный ход, но также стремление сделать Россию чем-то большим, чем простой сырьевой придаток.

Эта мечта существует в стране с конца 1990-х. И только сейчас в России появляются частные технологические компании, способные составить достойную конкуренцию аналогам из Кремниевой долины. Сергей Чекрий, технический директор страхового блокчейн-стартапа iChain, говорит:

«Это важнее нефти. IT-отрасль растет и будет продолжать расти. У нас есть специалисты. У нас есть деньги».

Возьмем Олега Тинькова, занимающего 1103-е место в списке миллиардеров Forbes. Он известен не так широко, как Евгений Касперский или Павел Дуров, однако его компания — прекрасный пример успешного создания цифрового бизнеса в России. Его можно назвать пионером в области российских финансовых технологий. Банк, основанный в 2006 году как кредитная компания, не имеет офисов и обслуживает клиентов исключительно через интернет. В настоящее время их число превышает 7 млн. По оценкам аналитической фирмы Frost & Sullivan, банк Тинькофф — крупнейший независимый глобальный онлайн-банк в мире.

Тиньков очень похож на Касперского, еще одного технологического магната, который выступает спонсором Формулы-1 и проводит вечеринки в Канкуне. В 2005 году Тиньков продал свою пивоварню компании InBev и пустил 70 млн долларов из вырученных средств на организацию банка. Он спонсирует европейские велогонки, красит волосы в розовый цвет, ругается матом, взбирается на горы, летает на собственном самолете и обожает Трампа. Тинькофф Банк — один из ярчайших примеров строительства успешного частного бизнеса в России, несмотря на санкции и политическое противостояние двух держав.

Донат Сорокин/ТАСС

11 июня 2015-го акции Тинькофф Банка на Лондонской фондовой бирже (LSEIOB: TCS) стоили $2,89. 14 марта этого года они достигли рекордного максимума на уровне $24,01. Алексей Клапцов, финансовый управляющий российского хедж-фонда SPRING, говорит:

«Я никогда не держал их в портфеле, о чем сильно жалею. Просто обожаю эту компанию. В настоящее время Сбербанк движется в их направлении. Тинькофф Банк — это основная причина модернизации Сбербанка».

Сидя за столиком в шикарном ресторане в центре Москвы, Оливер Хьюз, генеральный директор банка Тинькофф, внимательно изучает финансовые отчеты. На балансе компании находятся более 250 млрд рублей, 80% из них — депозиты клиентов, остальные деньги — от выпуска еврооблигаций. Более половины активов приходится на кредитные карты. У Тинькофф обширная сеть курьеров и специалистов, обслуживающих клиентов банка по всей стране. Хьюз говорит:

«Наши клиенты повсюду, где есть интернет. Мы являемся относительной новой финтех-компанией. В 2017 году банк ежемесячно получал по миллиону заявок от потенциальных клиентов. 11 лет назад в России не существовало такого понятия, как онлайн-банкинг. Нам говорили, что эта идея никогда не сработает. Но она сработала!»

Согласно недавнему отчету McKinsey & Company, в России больше пользователей интернета, чем в любой другой европейской стране. Внедрение цифровых технологий в экономику позволит увеличить ВВП на 4,1−8,9 трлн рублей (минимум на 19%) к 2025 году. Аналитики McKinsey считают планы правительства «амбициозными, но реалистичными» и добавляют, что доля в ВВП таких технологических компаний, как Яндекс и Тинькофф, к 2025 году может утроиться.

Проблема в том, что многие российские технологические компании можно узнать только по именам их специалистов. Некоторые даже не хотят, чтобы их считали российскими. Никому не говорите, что Telegram — это российская компания, иначе ее отдел по связям с общественностью сойдет с ума.

AlexandraPopova / Shutterstock.com

Российские специалисты знают, как строить цифровую экономику и создавать уникальные проекты, а не копировать западные аналоги. С 2003 года более половины наград в международном конкурсе по программированию Google Code Jam получили выходцы из России (включая эмигрантов).

Венчурный капиталист Юрий Мильнер — пример российского эмигранта, добившегося успеха за рубежом. Он был одним из первых инвесторов в Alibaba (NYSE: BABA), Facebook (NASDAQ: FB) и Twitter (NYSE: TWTR). Кроме того, его инвестиционный фонд DST Global вложил деньги в стартап Revolut, основанный еще одним выходцем из России, Николаем Сторонским. Чекрий говорит:

«Все успешные IT-компании выходят на мировой рынок. Со временем они перестают быть чисто российскими».

Но вернемся к банку Тинькофф. Более 60% его сотрудников работают в сфере IT. Все они находятся в России. В ближайшее время банк не планирует расширяться на мировой рынок или переносить деятельность в другую страну.

Капитализация публичных технологических компаний в России составляет всего 3% от совокупного размера рынка. В Китае их доля достигает 13%, в США (для концентрированных интернет-компаний вроде PayPal) — 9%. У России есть множество возможностей для развития при условии, что страна сумеет удержать свои лучшие умы и компании от ухода за рубеж.

Подготовила Тая Арянова

Источник: Forbes

Читайте также:
Пожалуйста, опишите ошибку
Закрыть
Закрыть
Спасибо за регистрацию
Поставь лайк, чтобы мы и дальше могли публиковать интересные материалы бесплатно